О «политическом православии»: диалоги Алчевской молодёжки

Несмотря на то, что большая часть актива православной молодежки в связи с опасной обстановкой на Луганщине вывезла  воспитанников Алчевской духовной лечебницы к морю на летнее оздоровление, жизнь и активность в нашем информотделе Алчевской молодёжки продолжается. В этот раз на встречу с нами пришел  архимандрит Иннокентий (Середа), настоятель храма преподобных Антония и Феодосия Киево-Печерских (пгт.Ящиково). Основная тема нашей беседы это конфликт на нашей земле, морально-этические, канонические и вероисповедные вопросы, которые наши соотечественники неизбежно должны решать для себя, выбирая ту или иную сторону конфликта, позиция официальной Церкви и то, на чем она основана и другие созвучные этим темам вопросы.

 

В начале нашей беседы о. Иннокентий попросил отметить, что сказанное им есть его личная гражданская позиция, в определенных случаях личное мнение. «Если я в чем-то ошибаюсь, пусть меня поправят, я готов признать свои ошибки, если критика будет обоснованной». С точки зрения церковного права, отдельно взятый клирик или мирянин не может высказываться от лица всей Церкви. Но судить о явлениях  и процессах есть естественная потребность нашего ума, совести, и необходимое условие духовного развития.

«Возлюбленные! Не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они, потому что много лжепророков появилось в мире», – учит нас Писание. Тем более, когда действительность требует от нас определенности, принципиальности. Процессы, происходящие в нашем обществе, заставляют каждого обосновать, прежде всего, для самого себя, свою позицию по отношению к происходящему. А для православного христианина при этом еще  более важно  согласовать свой выбор со своей христианской совестью. Потому считаем важным публикацию нашего диалога с отцом Иннокентием.

ИНФОРМОТДЕЛ:

22 июня, мы имели возможность видеть весьма красноречивый инцидент под стенами Киевско-Печерской Лавры, где православные организации хотели провести крестный ход против Евроинтеграции в чужую для нас цивилизацию с излишне толерантными ценностями, а также высказаться и против АТО в том виде, в котором она проводится.

Изначально относительно заявленного крестного хода никаких комментариев Церковь не давала – вполне логичные тема и лозунги для православной акции…. Но под стенами Лавры собралось несколько сотен агрессивно настроенных молодых людей, в масках, с палками и щитами, явно готовых «адекватно» отреагировать на волеизъявление православных верующих. Традиционно звучали призывы: «Геть московского попа!» и «Йдить на схид!» Милиция, молодых людей, очевидно не помолиться намеревавшихся, на территорию монастыря  не допустила, инцидент чудом не закончился захватом Лавры – толпу  к этому призвал представитель УПЦ КП.

Реакция руководства Лавры была своеобразной. Руководитель  информационно-просветительского отдела Лавры иеромонах Иларион заявил, что благословения на крестный ход не было и поэтому мы никакого отношения  к запланированному  шествию «против войны и евроинтеграции» не имеем. «Братия монастыря пыталась воспрепятствовать этому политическому собранию, но столкнулась с агрессивной позицией некоторых лиц. Говорят, их относят к движению, которое обозначают как «политическое православие».

Складывается впечатление, что Церковь дистанцировалась от всего происходящего в государстве, и даже когда политика переходит в вооруженные конфликты, и угроза практически стучится в дверь Церкви – конфликт происходит под стенами Лавры, – Церковь продолжает занимать пассивную позицию. Отказывается давать оценку событиям с вероучительной точки зрения,  предлагая и верным своим, отказаться от принципиального следования своим убеждениям, лучше молиться и ни во что не вмешиваться. А от тех, которые все-таки дерзают отстаивать свою гражданскую позицию, официальная Церковь стремится отмежеваться – оставляя им самим решать по Божьи они поступают или нет….  При этом, несмотря на лояльность Церкви по отношению к установившейся власти, все более громко и официально звучат призывы забрать у Московского Патриархата регистрацию…. Как это можно объяснить и понять? Как вы это можете прокомментировать?

О.ИННОКЕНТИЙ:

– Комментировать все это сложно. Мне не известны мотивы священноначалия, когда оно принимает те или иные решения, как и большинству верующих. Еще раз акцентирую внимание, на том, что могу лишь высказать мнение.

В официальной позиции священноначалия есть несколько причин. Во-первых:  это опасения за безопасность Церкви и ее целостность, в сложившейся сложной ситуации. Церковь публично устраняется от симпатий тем или иным политическим силам в стране. Осознавая то, что любая четкая позиция спровоцирует соответствующую реакцию у определенной части как верующих, так и не верующих граждан. Священноначалие, возможно, надеется, что «все как-то устроится», только бы меньше насилия и крови. У такой позиции есть и побочные эффекты: снижение авторитета Церкви в целом и духовенства в частности, по причине того что люди лишены пастырского попечения в жизненно важных для них проявлениях окружающей их реальности.

Люди приходят к своим духовникам и задают обычный вопрос: «Что делать? Почему это происходит? Как на это смотрит Церковь?». И если обобщить возможные варианты ответа, то он будет звучать так: «Ждите ответа». Ведь молитесь и любите друг – друга и врагов, в общем, очевидно и понятно, но в конкретной  жизненной ситуации, тем более в атмосфере войны, требует конкретных  обоснованных определений. Вот святитель Николай Японский не давал же своим чадам одинаковых советов. Но понимал, их чувства и не осуждал их за  выбор, который они делали. Я имею в виду, период его святительства, когда шла Русско-Японская война.

Во-вторых, хотя официально Церковь и заявляет о своей аполитичности, но ведь очевидным фактом является то, что даже в епископате нашей Церкви есть различно политически ориентированные позиции. Есть, те, которые придерживаются мнения о необходимости сохранения условного подчинения Московскому патриархату. Мотивация у этой части Церкви это как раз желание сохранения принадлежности к той тысячелетней духовной, культурной, исторической целостности, которая именуется Святая Русь. Эта как раз та часть Церкви, которая противится евроинтеграции. В виду того что евроинтеграция предполагает смену морально-этического кода интегрирующегося в этот союз общества. Россия рассматривается этой частью епископата и верующих  как последний оплот православия в мире. Поэтому сохранить плотную связь с Россией для этой части является вопросом духовной безопасности. Позиция этих членов Церкви основывается  на Церковном Предании – завещаниях, предупреждениях и предсказаниях подвижников благочестия ХХ века уже канонизированных и местночтимых. Ведь это не тайна. Все ведь знают об этом.

Есть и те, которые лоббируют идею автокефалии украинской Церкви. У этих официальная мотивация не причинная, а популистская: «Незалежний держави, незалежну церкву». Не будем касаться основательности их позиции, это отдельная тема для разговора. Но именно это лобби очень активно сейчас взаимодействует с установившейся властью. Именно этому лобби и принадлежит ярлык «политического православия в Украине». Влияние этой «аполитичной» группы  на официальную позицию Церкви сейчас более ощутимо, чем раньше. И поэтому мнение в данном случае традиционной отстаивающей единство с РПЦ церковной оппозиции слабо слышно или вообще игнорируется.

Очевидно, что именно отсутствие единомыслия в епископате УПЦ и не позволяет заявить об однозначном отношении к происходящему. Для рядового священства это естественно порождает проблему пастырского руководства на месте.

Вопросы ведь звучат не академические. И сформулировать образцовые варианты ответов на них практически невозможно: «Батюшка, почему они нас убивают?» «Отец, я люблю Русь и всегда об этом высказывался публично, меня ведь убьют, как убили мужиков в Красном Лимане, если мы их пропустим? Благослови защищать свою Родину, свою жизнь». Даст ли синодальный информационный отдел рекомендации как отвечать на эти вопросы?… Вот ведь в чем проблема.

ИНФОРМОТДЕЛ:

Но что ждет Церковь и ее руководство в Киеве при таком игнорировании подобного положения вещей?

О.ИННОКЕНТИЙ:

– Мое мнение, что решить эту проблему, проблему увеличения дистанции между паствой и духовенством, а именно так она мне видится, можно только путем публичной оценки, на основе глубокого беспристрастного анализа происходящих в нашей стране событий, и формулировании всесторонне обоснованной позиции Церкви в конфликте. Мое мнение, что уйти от участия в нем не удастся. Мы уже в нем участвуем.

Церковь могла бы как-то обозначить, что есть значительная масса людей, в том числе и священнослужителей, для которых сейчас актуально возвращение к духовным истокам Киевской Руси.

ИНФОРМОТДЕЛ:

А что делать с официальным высказыванием начальника СБУ Наливайченко о том, что православие, его «православный фундаментализм» – это опасное евразийское учение?

О.ИННОКЕНТИЙ:

– Для меня как гражданина, это явное вмешательство в дела Церкви. Безусловно, это провокация, которая может быть квалифицирована как попытка к разжиганию религиозного конфликта. Потому что, без всяких, юридически веских доказательств, религиозное учение, которого придерживается значительная часть верующих, а по статистике православие на Украине исповедует 70-80% граждан, начальник СБУ отнёс к опасным учениям. Публично высказанное официальным лицом, такое заявление может быть расценено как понуждение к действиям направленным на ослабление или устранение влияния этого учения на граждан.

Естественно, православие  фундаментально по своему содержанию – оно бескомпромиссно в вероучительных вопросах и потому «не от мира сего», не может изменяться в угоду миру.  И если кто-то, отстаивая свои позиции, вступает в противоречие с православным вероучением, то естественно Церковь относит таковых к врагам Божьим – в этом и есть фундаментализм православия. Православное  отношение к европейской нравственности, к этим новым нормам европейской морали – естественно будет восприниматься ими как фундаментализм. И от этого никуда не скрыться.

 Все православные знают о заявлении Бзжезинского. В свое время он назвал православную Церковь и учение последними врагами Америки. И как я могу считать партнерами этот американский политес, если самое главное, самое мое ценное – вера моя – она для них неприемлема? Как это можно  игнорировать? Естественно я фундаменталист в этом вопросе. Пусть Бзжезинский, если жив еще, или Обама за него извиниться, он ведь противопоставил Америку миллионам верующих, которые отнюдь не желали ни ему, ни его стране зла.

ИНФОРМОТДЕЛ:

Странно, что по этому поводу не было услышано никаких заявлений со стороны Церкви…

О.ИННОКЕНТИЙ:

– Да, и это еще одно подтверждение тому, что сейчас Церковь лишена возможности свободно заявлять свои позиции. Нас пугают, и нам реально угрожает опасность. И поэтому эту позицию можно понять – священноначалие ответственно и за верующих, и за приходы, и за всю Церковь. Здесь место  дерзновению, мужеству и диктатуре совести…

ИНФОРМОТДЕЛ:

А что же делать с тем, что официальная позиция Церкви такова, а мы имеем уже достаточно прецедентов выражения своей позиции и своего мнения отдельных священников – когда исповедают и причащают прямо на баррикадах, поддерживают ополченцев и молятся за них….  И народ путается – где же истина, кто прав, кому верить и на кого ориентироваться?

О.ИННОКЕНТИЙ:

– Вот здесь и поднимается вопрос о допустимости или недопустимости, законности или незаконности такого явления, как политическое православие. Этот термин уже неоднократно упоминался в церковной и общественной публицистике. Определение это превратилось в «черную метку».  Эту метку вручают всякому, кто пытается участвовать в государственной и общественной жизни, основываясь на своем православном мировоззрении, публично заявляя о своей православности, стоит только ему (или им) хотя в какой-то мере уклонится от генеральной линии священноначалия.

Последствия печальные…

Мне кажется (!) назрела необходимость разобраться – что можно в отношении политики православному человеку, чего нельзя, какие нормы допускает официальная Церковь, опираясь на каноны, на опыт Священного Предания  в выражении политической жизни, а чего она категорически не допускает. Если Церковь, Столп и Утверждение Истины, то чего нам опасаться? Если от света все становится видимым, то может следует направить этот Свет на политику, чтобы все кто в этой жидкости плавают увидели бы, чем она на самом деле является?  При этом не лишне было бы разъяснять это на конкретных ситуациях, например как нынешняя.

ИНФОРМОТДЕЛ:

Мы просим разъяснить нам, что правильно в той или иной гражданской позиции, а что не правильно, что  плохо, а что хорошо, а самое главное – почему? Почему мы, живущие на Донбассе не можем поддержать наших отцов-мужей-братьев, которые стоят  на защите нашей земли, почему это плохо? Как это священноначалие обосновывает, с каких позиций?

ИНФОРМОТДЕЛ:

– Да-да, к примеру, как нам реагировать, когда нас заставляют изменить свое восприятие и отношение к 9 мая и запрещают носить этот символ, который не только отождествляется с победой над фашизмом, но имеет сильное православное значение – это георгиевская ленточка. И когда у нас требуют ее снять, запрещают ее как символ на государственном уровне – как мы должны реагировать?

О.ИННОКЕНТИЙ:

– Стоит обратить внимание, как обосновывается негативное отношение к символу георгиевская лента.  С точки зрения его противников  это символ «поневоленняУкраины».

Но, это отречение от всей нашей истории. Согласие с этим запретом неизбежно влечет за собой конфликт с совестью. Ведь придется пересматривать и переоценивать всю тысячелетнюю историю наших народов. Более того ее придется переписать. А ведь это ложь.

ИНФОРМОТДЕЛ:

Неоднократно священноначалие заявляло о своей лояльности в нынешней ситуации касательно идеи единой Украины, но ни слова при этом не говорилось о неизбежной в таком случае Евроинтеграции и ее сути. Почему, по-вашему, священноначалие избегает комментировать эту проблему?

О.ИННОКЕНТИЙ:

– Лояльность по отношению к целостности страны в которой ты живешь, неоспорима. Но с другой стороны, особенность именно украинской новейшей истории, делает такую неоспоримость не столь однозначной. Приведу цитату из одного из основных церковных документов. «Основы социальной концепции» – это документ, который выражает общее отношение Церкви к наиболее важным моментам общественной и политической жизни. К примеру, 5 раздел: «Церковь и политика»:

«Перед лицом политических невзгод, противоречий и борьбы Церковь проповедует мир и сотрудничество людей, которые придерживаются различных политических взглядов. Она так же считает возможным наличие разных политических убеждений ее епископата, клира и мирян, за исключением таких, которые приводят к действиям, которые противоречат православному вероучению и моральным нормам церковного Предания». (Основы социальной концепции УПЦ. 5,2)

– …. Смысл заключается в том, что  единство  Церкви является приоритетным по отношению к согласию с государственной властью. Т.е. в первую очередь будьте единомышленны между собой, и уже, если возможно – будьте в мире со всеми. И отсюда вытекает, что когда Церковь или ее отдельные представители начинают симпатизировать какой-то правящей элите, какому-то государственному направлению, то это не может быть директивой для всей Церкви. И она должна понимать, что есть часть людей, которые не согласятся с этим, т.е. церковь должна вести такую политику, чтобы эта разность взглядов политических и принадлежность к различным политическим группам не нарушала единство в вере. И вот этого, к сожалению, не видно… а ощущается попытка подогнать всех под один, выгодный на данный момент канон: призываем всех к покорности, миру и любви, но одних необоснованно благословляем,  других необоснованно отвергаем.…

Может ли Церковь показывать лояльность в отношении такого курса государства, который неизбежно влечет за собой конфликт с основами христианской нравственности и морали?.. Но ведь сегодняшняя независимая Украина уже не подразумевает внеблоковый статус. Курс взят на безоговорочную евроинтеграцию. И условием этой интеграции является принятие законов , безнравственное содержание которых не может оставить равнодушным православное сообщество. Церковь обязана обличить эту ситуацию и безкомпромисно отстаивать невозможность своего согласия с такими условиями вплоть до актов мирного гражданского неповиновения (3,4).

И на основании чего собственно не приемлется идея воссоединения с  Россией всей Украины или ее части. Каковы богословские противоречия этой идее. Почему нас не хотят услышать. Ведь наш довод – Россия последний оплот православия во все более удаляющемся от Бога мировом сообществе. Это завещание наших отцов подвижников благочестия. Мы стремимся не к Путину, и не к российскому рынку и газу. Нам не все нравится в России. Но она последний оплот православия и это факт.

Очевидно, что заявляя о своей лояльности идее «едина Украина», ответственные лица церкви недоговаривают о морально-этических последствиях такого проекта . И это настораживает… И мы говорим – нет, мы хотим сохранить единство с русской православной церковью, потому что для нас это гарантия сохранности нашей веры и наших ценностей. В реальности европейского мира православие выжить не может – очевидно ведь, что с точки зрения православной веры мировое сообщество нравственно деградирует и Европа лидер в этих процессах.

ИНФОРМОТДЕЛ:

И сколько же тогда еще Церковь сможет так отмалчиваться – говорить первую часть фразы, архиважную сегодня для того, чтобы тебя посчитали «своим» и не стали преследовать, но не говорить  при этом более важные вещи?

О.ИННОКЕНТИЙ:

Нельзя смешивать понятия Церкви и людей, которые несут на себе ответственность управления этой Церковью. «Церковь – столп и утверждение истины»,  «созижду Церковь мою и врата ада не одолеют ее».

Напомню, и священнослужитель, и любой православный мирянин не имеет канонического права осуждать епископа, указывать на его личные грехи и судить его за них. Но мы, сообщество православных христиан, имеем право давать оценку явлениям, высказывать свое мнение на те или иные события в жизни общества.

И мы можем говорить о том, что в украинской православной церкви сложилось лобби, которое отстаивает ту или иную политическую ориентацию, и мы опасаемся такой ориентации, которая повлечет за собой такие-то последствия – без указания конкретных лиц. И мы можем обратиться к священноначалию с просьбой – разъясните нам почему, успокойте паству свою, которая опасается вот таких-то вещей. Именно в таком контексте сегодня важно и возможен диалог, хотя подозреваю, его будет сложно вести – хотя бы потому, что это самое лобби, отстаивающее проевропейскую позицию, использует современные политтехнологии, тот же самый стереотип политического православия. И это приобрело негативный оттенок – когда говорят «политическое православие» – значит все, это раскольники, отщепенцы, с этим нет благословения и от этого нужно держаться подальше. Но почему? Где канонически осуждено политическое православие?

ИНФОРМОТДЕЛ:

Мы сейчас говорим о политике, но у нас уже все вышло за рамки сугубо политической деятельности, все уже намного глубже.  И на этом фоне интересна и такая реакция Церкви…

Архиепископ Запорожский и Мелитопольский УПЦ МП Лука (Коваленко) узнал из СМИ, что на территории Запорожского края формируются военизированные подразделения так называемой «Русской Православной Армии». И 23 июня он официально отказался благословлять эту организацию и ее развитие, отметив, что Православная Церковь всегда благословляла воинов только на защиту Родины, а не на убийство своих единоверцев. Лука предупредил всех верных чад своей епархии, что участие в подобных формированиях не благословляется: «Любовью, побеждайте, но не оружием!»….

Вот мы видим две ситуации: к архиепископу не обращались напрямую с благословением, но он сам проявил инициативу и выразил свою позицию по поводу события, т.е. когда хочет, церковь может заявить свою позицию. И он говорит – защищать свою Родину. Но мы знаем, что сегодняшняя информационная трактовка происходящего со стороны СМИ доходит в искажении фактов до абсурда. Мы живем в изломанной реальности, когда рядом с собой можем видеть одно, а по ТВ нам скажут совсем иное. Итог – все более неприязненное отношение к нашим регионам и населению, уже воплощаемая идея  фильтрационных лагерей и отсутствие элементарного  сочувствия и желания понять… А как можно не учитывать изначальные причины разворачивания войны на Юго-Востоке – что Славянск находится в самом центре территории, которая является богатым месторождением  сланцевого газа, и по большому счету, там и не нужны люди в той перспективе, которая этому региону уготована?

И церковное священноначалие безусловно владеет  информацией необходимой для составления полной и объективной картины причин происходящего в нашем регионе, не говоря уже о геополитической подоплеке того, что происходит в мире – противостоянию Русского мира и Запада,  борьба за ресурсы, срежессированные в различных странах цветные революции и роль в этом Америки и Европы, насаждение идеи однополярного мира в пику России, и Украина как часть этого мира, которой отведена важная роль в достижении поставленных Западом целей!

Когда напал Гитлер, он не разыгрывал циничный спектакль о том, что люди стреляют сами в себя, сжигают сами себя,  бомбят свои города – а сегодня образ врага размыт и на нашей Родине творится геноцид и мы действительно вынуждены ее защищать с полным правом на благословение. Ополченцы исповедуются, молятся и идут в бой – часто в последний. Разве для Церкви не очевидно, что все очень серьезно и мы искренне верим,  что с нами Бог и правда на нашей стороне?

О.ИННОКЕНТИЙ:

Здесь важно разобраться в терминах и мотивах. Когда владыка Лука говорит о защите Родины, то на сегодняшний день очень важно четко обозначить что мы включаем в это слово. Родина – это государство Украина, начиная с 1991 года, или Родина – это вся русская история, или Родина – это  СССР? В каких географических и каких исторических границах заключено понятие Родина? Когда говорят единая Украина, что подразумевают под этим термином? – Единую Украину, как часть братских народов или единую Украину, для которой братство славянских народов – это уже ругательство, а сами эти народы (русский в первую очередь) враги? А это все как раз не упоминается, мы используем терминологию очевидно положительного содержания – «защита Родины», но это понятие неразрывно связано с идеологией. Какая идеологическая подоплека у  Владыки Луки свидетельствовать ему самому. Вот понятие армия.  Хорошее понятие – армия это оплот государства, это защитники отечества. Но в нашей действительности не все так просто. Нацгвардия, Правый сектор, множество наемников подчиняющихся своим нанимателям. Они разве армия – больше напоминает махновщину. Ведь в руководстве нет единства. Каждое из этих подразделений по-своему понимает свое предназначение это ведь очевидно. Правый сектор это вообще современное гестапо. Так возможно разве воспринимать их как защитников Отечества. Для меня невозможно. И думаю им нет дела до того угодно ли Богу их служение – лишь бы платили, что обещали. Вот главная мотивация.   Разве можно однозначно воспринимать, что все они на той стороне баррикад в равной степени борются за процветание нашей Родины, а здесь все – однозначно и поголовно бандиты и террористы, как это подают украинские СМИ?  Считаю, что Владыка Лука ошибается. Но это мое личное мнение.

Кстати, владыка Онуфрий озвучивал недавно в интервью – говоря о причинах конфликта на нашей территории –  что мы, Украина, явились некоей трещиной между противоборствующими сторонами – Западным миром и Русским миром. Но продолжая эту мысль, это же значит, что силы, которые здесь противоборствуют, они содействуют либо одной, либо другой стороне – даже если отстаивают вроде бы какие-то свои интересы.  Ведь линия фронта – она однозначная. Это противостояние не бандгруппировок, на данный момент это противостояние конкретных геополитических позиций. И однозначно, Донецк и Луганск стремится к Русскому миру, он хочет единства с Россией, а вся остальная часть Украины пока отмежевалась от этого и согласна с Евроинтеграцией.  И здесь нельзя тех людей в Запорожье, которые формируются в армию, называть бандитами и террористами, нет, это люди, которые отстаивают свою гражданскую позицию, они тоже за Родину, они тоже патриоты, и они не согласны с той политикой, которую сейчас защищает официальная Церковь.  И когда набрасываются такие клише «Это – не патриоты» и «Православные не должны так поступать», это, по меньшей мере, как-то необдуманно, поверхностно.

Алчевск. Молодежный информотдел.

This entry was posted in современный мир. Bookmark the permalink.

Leave a Reply